Поздоровавшись с приветливой хозяйкой уютного дома, спрашиваю, можно ли увидеть Николая Алексеевича?

– Да вышел куда-то. С утра, как встанет, все по дому хлопочет. Говорю: ты иди, хоть полежи немного! Да куда там! То в сарае что-то перебирает, то в огороде по мелочи работает, – сетует Надежда Николаевна, дочь ветерана войны. То ли из-за огромного количества комнатных цветов, то ли из-за света, льющегося через большие окна, атмосфера в доме какая-то веселая, радостная. А может быть, во всем «виноваты» хозяева, их душевное тепло и бережное отношение друг к другу?

Наконец заходит Николай Алексеевич. Дочка тут же бросается помочь ему снять обувь и верхнюю одежду. Николай Савочка, несмотря на свой возраст, выглядит молодцом. Высокий, худощавый, волосы – белее снега. Знакомимся.

Память у ветерана хорошая, до сих пор помнит события своей жизни до мелочей.

Николай Алексеевич родился в Крестовоздвиженке Константиновского района. Его отца, Алексея Кузьмича, пятилетним ребенком привезли родители с Украины.

В поселок Ясный Зейского района приехали в 1939 году. За что выслали семью с насиженного места? Хозяйство было большое: лошади, коровы, молотилка да еще машинка швейная. Ну чем не кулаки? Только «кулаки» эти работящие были, семья 12 человек, из них семеро детей. Хочешь не хочешь, а чтобы прокормиться, работать надо было, и не просто работать, а вкалывать. Кое-какие вещи удалось все-таки забрать с собой. Доехали до Благовещенска, потом попали в Суражевку, работали где придется. Прежде чем поселиться в Ясном, помотались по области не мало, и в Свободненском, и в Шимановском районе жили.

О начале войны узнали по радио. Повестку в военкомат получил 10 сентября, а на следующий день около 20 молодых ребят, попрощавшись с родителями, пешком пошли в Зею. Помнит Николай, как отец с матерью, Анной Петровной, у дороги стояли, глядели ему вслед. Нет, мама ничего на прощанье не говорила, только плакала. А потом, наверное, молилась каждую ночь, чтобы Господь уберег от смерти ее четверых сыновей-кровиночек (первым ушел на фронт старший сын Иван, затем – Николай, а потом и Сергей с Валентином).

Добрались до берега Зеи к вечеру. Думали, что еще одну ночку проведут в родных краях, да не получилось – баркас подошел и перевез новобранцев в город. В этот же день увезли их в Тыгду, а оттуда в Раздольное Приморского края, где два месяца находились в учебной части. Учились стрелять, рыть окопы, строить ДОТы и ДЗОТы, в разведку ходить и другим военным премудростям. После «учебки» сразу же бросили на оборону Москвы, в Серпухово. Страшно было?

– Ну как не страшно, конечно, страшно, особенно вначале. Потом попривык немного, а в первое время, как начнут бить орудия да бомбы рваться, хотелось в землю зарыться. Страшно было. Только старались виду не показывать.

Николай был первым номером в пулеметном расчете, а вторым – его земляк Григорий Куклин. Вместе призывались, вместе были в учебной части, вместе и на фронт попали, где немало уложили немецких солдат. И в разведку довелось ходить вместе. Однажды, когда в очередной раз отправились за языком, помог случай. Отойдя на некоторое расстояние от наших окопов, заметили следы. Оказывается, противник тоже направил в наш тыл разведку. Недолго думая, залегли солдаты, замаскировавшись в снегу.

– А когда немецкие разведчики возвращались, сцапали их, как миленьких, – говорит Николай Алексеевич, – пятерых фашистов тогда привели.

Всякое повидал солдат на войне, а вот один эпизод в память врезался навсегда.

Это было под Москвой 11 декабря 1941 года, морозы стояли лютые. В этот день пошли в атаку. Ворвались в сожженную деревню, кругом опаленные деревья, от сгоревших домов остались только остовы печей. И вдруг из-за одной трубы выскакивает немецкий солдат. Взгляды на мгновение встретились. Николай выстрелил первым. Глаза падающего немца, полные ужаса, боли и отчаяния, снятся солдату до сих пор. Ведь понимал Николай, что враг перед ним, погубивший не одну человеческую жизнь, и не выстрели он первым, быть бы ему убитым самому, а вот этого немца стало почему-то жалко… Русская душа. Что тут еще добавить? В этом бою Николай Алексеевич получил двойное ранение в ногу – мина разорвалась рядом. Потом был госпиталь в Москве, а долечивался уже в Алма-Ате.

– Тепло там было после Москвы-то. Ох и наелся я там арбузов, – смеется ветеран.

В госпитале находился четыре месяца – ранение тяжелое было.

В апреле 1942 года, после выписки из госпиталя, попал на Сталинградский фронт. Но что удивительно, как говорит ветеран, воевать там легче было. Почему? Да потому что, прежде чем идти солдатам в атаку, “катюши” и артиллерия так вели обстрел, что от немецких окопов практически ничего не оставалось.

Второе ранение, теперь уже в руку и ногу (и опять осколками от мины), получил под Сталинградом. И снова госпиталь. В этот раз лечился три месяца в Энгельсе Саратовской области. После госпиталя на фронт не отправили из-за ранения. Охранял военный завод в Воткинске, что в Удмуртии.

Письма домой писал редко.

– А что писать? Сегодня в одном месте, завтра – в другом. Вот только из госпиталя и писал, – говорит солдат.

Демобилизовался в апреле 1947 года. Из Тыгды в Зею шел пешком.

– Зею перешел по льду. Здесь проблем не было, шуга еще не началась, – вспоминает Николай Алексеевич, – а через Деп пришлось по доскам перебираться.

В этот день в Ясном в семье Савочка был двойной праздник. Утром младший брат Валентин вернулся, а к обеду и Николай подоспел.

Смеется солдат:

– Валентин опередил меня – на самолете прилетел, а мне пешком пришлось добираться, вот и подзадержался немного.

Вымолила Анна Петровна Божью милость – все сыновья вернулись с войны живыми, хоть израненными, но живыми. Это ли не счастье?

В этом же году заприметил демобилизованный солдат на танцах девчонку. Синеглазую хохотушку, которая и на гармошке играла и на балалайке, и пела, и танцевала лучше всех. 7 ноября справили свадьбу. Гости, как и положено, счастья желали молодоженам и подарки дарили. Один из них до сих пор бережно хранится в семье Савочка как реликвия – часы настенные, их родители Николая купили в 1941 году. До сих пор исправно ходят. Николай и Наталья прожили вместе 54 года, вырастили и поставили на ноги троих детей. Одиннадцать лет назад ушла из жизни Наталья Алексеевна, но до сих пор горюет о любимой подруге ветеран.

После войны Николай Алексеевич мыл золото в Ясном, работал в геологоразведке, потом в Алгачинском лесопункте Зейского леспромхоза, откуда и ушел на пенсию в 73 года. Николай Алексеевич – ветеран труда, имеет почетные грамоты за мирный труд, есть и боевые награды. Самой дорогой для солдата медалью «За отвагу» награжден за тот самый бой на Сталинградском фронте в 1942 году, где получил второе ранение. Только вручили ее уже в зейском военкомате в 1948 году.

Уже 67 лет минуло с тех пор, как закончилась война, но память о том времени острым осколком режет душу. До сих пор во сне строчит из пулемета по фашистам солдат…

При прощании, в ответ на мои пожелания здоровья и долголетия, слышу бодрое:

– Будем жить до самой смерти!

Сегодня у Николая Алексеевича день рождения, ему исполняется 94 года. С днем рождения, Солдат, и с Днём Победы! Пусть часы подаренные на свадьбу, еще не один год отмеряют вам дни счастливой жизни. И простите, что растревожила Ваши душевные раны.

Татьяна ТАРАСОВА.

Фото автора и из архива

семьи Савочка.